Покормить их надо бы! - сказал Иевлев.
Можно и покормить, а можно и голодных наладить! - ответил Крыков.
Все можно.
Сильвестр Петрович с удивлением посмотрел на Крыкова, тот объяснил с горечью: - Долго у нас не живут, господин капитан-командор, да мы и не больно об том печемся.
Один помрет - другого солдаты приведут, другой помрет - третьего на цепи волокут... Иевлев положил руку на широкое плечо Крыкова: - Полно, капитан! - Чего полно? - Думай об сем горьком поменее.
Наше дело воинское, забота наша - присяга.
Далее не гляжу.
Ой ли? Да и выучился ли ты сам, господин капитан-командор, думать об сем поменее? Иевлев, сделав вид, что вопроса не слышит, пошел в избу.
НЕДОРОСЛЬ МИМОЕЗДОМ... К ночи погода испортилась: небо над Двиною и над городом заволокло тяжелыми, медленно плывущими тучами, по узким улочкам и проулкам Архангельска, по кривым мостовицам, по ямам и колдобинам холодный морской ветер завертел водяную пыль, захлопали незапертые ворота.
Иностранные корабельщики на реке отдавали добавочные якоря... Сильвестр Петрович, хмурясь, хлебал рыбные щи.
